Православная жизнь
Размышления на тему Креста
10 марта
Прот. Ростислав Денисюк
В Субботу на третьей неделе Великого Поста, выносится на середину церкви крест, и вся следующая, четвертая неделя называется Крестопоклонной. Мы знаем, что Великий Пост — это подготовление к Страстной седмице, когда вспоминает Церковь страдания, распятие и смерть на кресте Иисуса Христа. Таким образом, вынос креста напоминает нам о цели нашей собственной усиленной, углубленной религиозной жизни в эти великопостные дни. В связи с этим уместно вспомнить о месте креста, этого главного, высшего символа в христианской вере.
Символ этот имеет два тесно связанных одно с другим значения. С одной стороны, — это крест Христов, это то решающее событие, которым завершается земная жизнь и служение Иисуса Христа. Это рассказ о и страшной ненависти людей к Тому, кто все свое учение сосредоточил на заповеди любви, всю свою проповедь — на призыве к самоотречению и жертве во имя этой любви. Пилат, римский губернатор, к которому привели арестованного, избитого, заплеванного Христа, говорит: «Человек этот никакого зла не сотворил». Но это вызывает еще более сильный взрыв: «Распни, распни Его!» — вопит толпа. Так вот, крест Христов — это вечный вопрос, обращенный к нам : почему добро вызывает не только сопротивление, но и ненависть? Почему оно всегда распинается в мире? Мы обычно избегаем ответа на этот вопрос, возлагая вину на кого-то другого. Вот если бы мы, если бы я был там в ту страшную ночь, я не поступил бы так, как все прочие. Но, увы, где-то в глубине совести мы знаем, что это не так. Мы знаем, что мучили, распинали, ненавидели Христа не какие-то изверги, специально, особо злом одержимые люди. Нет, в сущности, это были люди, «как все». Пилат даже попытался защитить Иисуса, уговорить толпу. Пилат даже предложил толпе по случаю праздника отпустить Христа на свободу. Пилат, перед лицом толпы, умыл руки, показывая тем, что он не согласен с этим убийством. Несколькими штрихами Евангелие рисует нам этого бедного Пилата — его испуг, его чиновничью совесть, его трусливый отказ поступить по совести.
Десять правил Великого Поста
22 февраля
Мы часто слышим и говорим о Великом посте как об особенном времени в жизни Церкви: это время более длительной молитвы, ограничении себя во всех сферах жизни, время внимательного отношения к своему духовному состоянию. Чтобы провести Великий пост с Господом и Его учениками, а не превратить его в полтора месяца тяжелой и бессмысленной диеты, «Правмир» публикует 10 важных правил.
1. РАДУЙТЕСЬ
«Всегда радуйтесь, непрестанно молитесь, за все благодарите» (1 Фес.5:16-18), – мудрый совет апостола как никогда актуален в великопостные дни.
Велик соблазн впасть в уныние: «Как же я проживу без вкусной еды! Теперь никаких развлечений! Какие долгие службы!» – тогда как причин для уныния нет. Долгие службы — это и высокие образцы средневековой духовной поэзии, и философские размышления о месте человека в вечности, и ощущение единства с другими молящимися, и общение с Самим Богом.
Не реже, а то и чаще, встречается обратная сторона великопостного уныния: «Я не могу поститься по уставу. Я пропускаю службы. Я отвлекаюсь на мирскую суету».
Банально, но от того не менее справедливо: помните, что Богу нужны не желудок и ноги, а сердце, Он видит в душе человеческой искреннее стремление послужить Ему, видит и немощи.
Вот это постоянное памятование о Боге — и будет нашей непрестанной радостью о Нем. Читать дальше >
Письма Триоди. Надежда на обновление
2 марта
Фото: Олег Коновалов
Прошла Масленица — Сырная седмица, прошли ее последние, очень важные в богослужебном отношении дни. Наступило Прощеное Воскресенье. Мы не успели поговорить об этом нашем достоянии заранее, но оно вводило нас в Пост, которым нам идти 40 дней, и хотя бы задним числом надо понять, что же сказано нам в эти дни и что дано.
А начну я с письма и ответа на него.
У кого-то масленица ассоциируется с блинами, с какой-то тихой радостью, а для меня, почему-то это всегда момент напряженного выжидания, наверно, как у фигуриста пред прыжком: прыгну — не прыгну? Смогу — не смогу? В гастрономическом смысле, скорее всего, что прыгну — я вообще живучая, а вот в плане духовном — очень страшно, что пост сведётся к банальной диете. Или к чему-нибудь вообще непотребному, — ну, например, сидишь вечером, читаешь Псалтырь и, вместо, осмысления того, что читаешь, мысленно отсчитываешь, сколько глав из намеченных до конца осталось… А ведь надеешься всегда на обновление, на то, что, как змейка, сбросишь старую шкурку и покроешься новой… Как хочется! Но пока не получалось… Не получается слиться с собой в единое: вот — как я выгляжу в глазах окружающих; вот — что я реально делаю; а вот — мои представления о себе в идеале. Вот так надеешься-надеешься, а потом сама себя и подведёшь. Так уже было… Воодушевления хватило на неделю — я снова сплетничаю, я снова пялюсь в пустой телевизор, я лучше буду сплетничать, чем пойду что-нибудь для кого-нибудь делать, или еще занятие — размышлять, стоит ли для этого человека что-нибудь делать: старая карга всю жизнь всех с грязью мешала, а вот теперь сидит немощная, никому не нужная — её бы пожалеть, а вот пыжусь-пыжусь, а не получается…
Но, если и не стремиться ни к чему, ничего и не будет — чтоб хоть куда-то прийти, нужно хотя бы выйти из дома, а уж если попутчики хорошие попадутся — это вообще счастье! Читать дальше >
Сретенье Господне
6 февраля
Сретение в переводе со старославянского — «встреча». В этот день произошла встреча Бога и человечества. А в переносном смысле — встретились два Завета, и Старый окончательно уступил место Новому.
Это произошло на сороковой день после Рождества Христова. По иудейским законам женщина после родов сорок дней не могла появляться в Храме. Но если она родила первенца, и этот первенец — мальчик, то на сороковой день родители обязаны были принести его в Иерусалимский Храм для обряда посвящения Богу. Родители должны были принести в жертву Богу, кто побогаче — ягнёнка, бедные — голубиных птенцов. Богоматерь и её муж Иосиф, хотя и происходили из рода царя Давида, не были богатыми. Поэтому они принесли в Иерусалимский Храм двух голубиных птенцов. Читать дальше >
Успенский пост
Мы с вами, дорогие во Христе братия и сестры, сейчас вступили в поприще Успенского поста.
И хотя Успенский пост – кратковременный пост, он весьма строгий. Поэтому от нас требуется в эти дни большое внимание к себе и к своему поведению, к своим поступкам. В особенности в эти дни, оставшиеся до праздника Успения, надо обратить внимание на наш язык.
Мы ничем так много и часто не грешим, как своим невоздержанным языком. Поэтому прежде всего и обуздайте этого безудержного коня. Если мы его победим, удержимся от празднословия, преодолеем его упорство, то мы победим и все свое тело.
Архимандрит Кирилл (Павлов)
Молитва Ефрема Сирина
21 марта
«Господи и Владыка живота моего, дух праздности, уныния, любоначалия и празднословия не даждь ми.
Дух же целомудрия, смиренномудрия, терпения и любве даруй ми, рабу Твоему.
Ей, Господи, Царю, даруй ми зрети моя прегрешения и не осуждати брата моего, яко благословен еси во веки веков. Аминь».
С праздником Богоявления — Крещения Господня
18 января
Крещение Господа названо Богоявлением, потому что в нем так зримо явил Себя Единый истинный Бог, поклоняемый в Троице; Бог Отец – гласом с неба, воплотившийся Бог Сын – Крещением, Бог Дух Святой – нисшествием на Крещаемого. Тут явлено и таинство отношения лиц Пресвятой Троицы. Бог Дух Святой от Отца исходит и в Сыне почивает, а не исходит от Него. Явлено здесь и то, что воплощенное домостроительство спасения совершено воплотившимся Богом Сыном со присущим Ему Духом Святым и Богом Отцом. Явлено и то, что и спасение каждого может совершиться не иначе, как в Господе Иисусе Христе, благодатью Святого Духа, по благоволению Отца. Все христианские таинства сияют здесь своим божественным светом и просвещают умы и сердца с верой совершающих это великое празднество. Придите, вознесем дух к созерцанию этих таин спасения нашего и пропоем: «Во Иордане крестился Ты, Господи, Троическое явилось поклонение»,– спасение троически созидающее и троически нас спасающее.
Феофан Затворник
О Христе и хождении по кругу
21 декабря
Протоиерей Алексий Уминский
Человек долго ходил в храм и вдруг охладел к Церкви. Подросток вырос в церковной семье и уходит из нее. Разочарование, равнодушие, протест. В чем причина? На вопрос ПРАВМИРА отвечает протоиерей Алексий Уминский, настоятель храма Святой Троицы в Хохлах, духовник Свято-Владимирской гимназии.
Подросток переживает трудное время.
Молиться не хочется, исповедь — особо сказать нечего, причащаться – подростку непонятно, зачем. И никто не объяснит ему, потому что он не спрашивает. Ответа на свои вопросы он тоже не находит, потому что видит вокруг себя то, что имеет относительное отношение к реальности. Да, все красиво, хорошо, замечательно, все в платочках. Но суть и смысл происходящего непонятны. И не только для подростка, для очень многих людей, которые в храме стоят и молятся. Для его собственных родителей. Читать дальше >
Успение Пресвятой Богородицы
27 августа
«Иисус, увидев Матерь и ученика, тут стоящего, которого любил, говорит Матери Своей: «Жено! се, сын Твой. Потом говорит ученику: се, Матерь твоя! И с этого времени ученик сей взял Ее к себе» (Ин. 19, 26—27).
Евангелие от Иоанна повествует о том, что Иисус, претерпевая Крестные страдания, поручает свою Мать заботам любимого ученика Иоанна. Пресвятая Богородица поселилась в доме Иоанна Богослова недалеко от Елеонской горы. Она была с теми, кто поддерживал и утверждал молодую христианскую Церковь. Уверовавшие во Христа приходили в Иерусалим из дальних стран, чтобы увидеть и услышать Богородицу. Апостолы записали все, что Она рассказывала о Своей жизни и о земной жизни Своего Сына. Церковный историк Никифор Каллист подробно изложил предание, которое передает обстоятельства Успения Божией Матери. Предание основано на свидетельстве священномученика Дионисия Ареопагита и сочинении епископа Сардийского Мелитона, составленного во II в. Читать дальше >
Об Алексие, человеке Божием, и не только
30 марта
Анна Голубовская
В детстве я читала запоем все подряд. В доме моей православной бабушки у кровати лежали жития святых. Меня пугали описания мучений и пыток, но на их фоне одна история запомнилась навсегда, и думаю, очень на меня повлияла. О римском святом Алексие, Человеке Божьем, покинувшем свой дом, родителей и невесту ради жизни духовной.Он семнадцать лет провел на Востоке, в Сирии, изменившись внешне настолько, что посланные разыскать его слуги не узнали сына хозяев в нищем. Подали милостыню, как и прочим. Когда о его святости стали ходить легенды, Алексий решил сбежать от ненужного ему признания, сел на корабль, тот попал в бурю, и его прибило к итальянскому берегу.
Не узнанным он вернулся в свой дом, и прожил в нем еще семнадцать лет, умерев среди близких. Он молчал. Помню ремарку, что тяжелее всего ему было слышать по ночам плач матери, и оставшейся в доме, стареющей его невесты. Не признался. О том, что это и был тот, кого они отчаялись увидеть, родные и любящие узнали из свитка, который покойный сжимал в руке. «Это был я…».
Почему же его впустили жить? Очень просто — после его исчезновения дом людей, потерявших сына, стал странноприимным домом — для всех бедных, странствующих, больных и нищих.
По-моему, это не столько рассказ об аскезе, от которой святой не отступил, — сколько история о сострадании тех, кто искал в каждом бродяге, каждом нищем собственного сына и любимого. И, в конце концов, обрёл.
Для меня, неверующей, и для всех нас, смертных и слабых, не умеющих возлюбить ближнего, как самого себя, единственная возможность быть чуть ближе к светлой стороне — это видеть в каждом человеке своего близкого. Проще говоря, примерять на себя чужие невзгоды.
Замотанный в грязные тряпки нищий хочет переночевать в твоём подъезде, а ты грозишь полицией? Остынь, и увидь в нем друга, которого ты не видел долгие годы, он болен и ему немного осталось, но переживёт ли он сегодняшнюю ночь или замерзнет — зависит от тебя. Эта роняющая пакеты, несуразная старуха перебегает мостовую перед машиной, и ты резко тормозишь и материшься? А может, это твоя мама, ей трудно ходить, и она пытается сократить лишние метры, выкручивающие ей больные суставы..
Это твой ребёнок плачет за соседним столиком в кафе и никак не может успокоиться, это твой отец, это твоя собака, твои руки, твои ноги, твоя старость, твоя боль.
И это твои близкие, живущие или потерянные, ушедшие, и продолжающие тебе сниться, улыбаются тебе незнакомыми глазами.
Это почти невозможно — принимать чужую боль, как свою. Но хотя бы иногда. Хотя бы стараться не ожесточаться. А еще и война вокруг. И столько горя.
Как знать, а вдруг именно сейчас ты разворачиваешь свиток, а там написано — «это я».
